матвей кайнер.
laughs but is really sad inside.
10.11.2016 в 03:27
Пишет take me to battlefield:

Что меня поражает в истории взаимоотношений всех людей другой ориентации со всеми прочими людьми, — так это то, насколько эта история стара и как она, кажется, поразительным образом вечно остается практически на месте. Потому как мы все точно знаем: они — есть, они будут, и более того, они были всегда. Но вот же что удивительно: по-видимому, буквально при каждом поколении повторяется приблизительно одно и то же: рано или поздно, в какой-то момент, кто-то созревает и говорит: вот они! и вот она! проблема!..
Во многом абсолютно непонятно, почему вообще исторически так сложилось, что это стало регулярно становиться для кого-то проблемой. Ну хорошо: допустим, религия. Это распространенное объяснение. Но религия ведь прямо или косвенно осуждает или запрещает массу самых разных вещей — от любимых нами всеми праздных развлечений и использования женщинами косметики до особо любимой политиками коррупции и не менее любимых ими убийств, — но почему-то ровно никто никогда не торопится вспоминать про «Не убий», при этом насаждая или пытаясь насадить человеконенавистническую репрессивную политику, которая неизбежно повлечет за собой жертвы, даже если вдруг в программе данного политика и не нашлось места какой-нибудь маленькой победоносной войне.
Надо решать проблемы! — говорят они. Проблемой вечно становятся люди, которые доставляют другим проблемы, пожалуй, меньше, чем кто бы то ни было, и уж точно меньше, чем эти самые политики. Да, они и были, и будут, и есть «среди нас». Женщины, которых не привлекают мужчины, мужчины, которым не интересны женщины. Женщины и мужчины, которые просто почему-то не желают бежать и лихорадочно размножаться только потому, что они теоретически это могут, наконец. Мне кажется — я знаю, я знаю, это спорная точка зрения, — что к последним общество относится и всегда относилось до некоторой степени снисходительнее; возможно, просто потому, что они не делают, а наоборот, предпочитают не делать нечто, и поэтому кажутся меньшей угрозой «общественным нравам» с точки зрения носителей этих нравов; то есть — всегда были попросту как бы незаметнее. Но несмотря на это самое относительное снисхождение, тем не менее, по-прежнему как существовали, так и существуют некоторые до крайности неприятные вещи, с которыми обычно сталкиваются в первую очередь женщины; причем это может простираться от «простого и безобидного» «Да как это так, ты не хочешь детей» (а детей можно «не хотеть» как оттого, что без участия мужчины родить невозможно, а тебя это не привлекает, так и просто оттого, что сама идея иметь партнера и иметь с ним детей не может привлекать тебя в принципе), до прямого репродуктивного насилия, причем начиная от уровня отдельно взятой семьи, заканчивая государственным уровнем. Да и еще есть самые разные люди. И вот в этом-то и лежит вечная «проблема»: оказывается, люди разные! И к этому — всякий раз, на протяжении практически всей истории — нужно срочно привлечь внимание. И в наше время это внимание оказывается особенно широким. Поэтому — давайте будем провоцировать и обострять нетерпимость; давайте будем ограничивать этих людей в свободе; давайте будем лишать их человеческих прав и гражданских прав; давайте придумаем и введем способы искусственно изменять их природу (Дональд Трамп, который выступает за введение коррекционной терапии для ЛГБТ-людей).
Люди — разные; и при этом у людей есть какое-то все еще неистребимое свойство всеми силами сопротивляться этой элементарной истине. Речь может идти об их детях, или о полных незнакомцах, или вообще о самом туманном представлении, что «где-то там» есть «что-то такое», — все равно, в любом случае, реакция одна: мы не можем и не будем терпеть этих людей — даже если их нет и никогда не было нигде в непосредственной близости от нас; и мы ни за что не простим им то, что они смеют являться такими, какие они есть. Просто — несколько — другими. Поэтому мы прикроемся своими умопостроениями (желательно, одобренными сверху; а «наверху» может быть хоть Господь Бог, хоть Дональд Трамп), прикроемся религией, прикроемся моралью, и после этого пойдем, фактически, прямо нарушать одну из главных хоть религиозных, хоть просто человеческих заповедей, которая осуждает тех, кто творит, допускает или одобряет любое немотивированное зло по отношению к другому человеку. Очень хотелось бы дожить до каких-то утопических времен, когда хоть преимущественно «сверху», хоть преимущественно «снизу», но было бы повсеместно принято по-настоящему, а не лицемерно и не формально (я уже не говорю — в соответствии с чем-то, закрепленным государственно), уважать такую вещь, как врожденная человеческая индивидуальность и — это уму непостижимо, почему вообще мы все еще до сих пор это обсуждаем? — право просто и взаимно любить. Но, иной раз так поглядишь вокруг — и понимаешь, что даже решение этой проблемы было бы решением еще далеко не самой последней из наших проблем.

URL записи

@темы: саймон говорит, копипаста, в нашем шапито страшно и темно